Такая позиция изложена Верховным Судом РФ в определении от 25 апреля 2019 года № 306-ЭС18-21709 по делу № А49-1694/2016.

В ходе дела о банкротстве ЗАО «Агропромторг» часть имущества должника, являющаяся предметом залога, была реализована конкурсным управляющим, а часть оставлена залоговым кредитором за собой.

После завершения конкурсного производства арбитражный управляющий обратился в суд с требованиями о взыскании задолженности по выплате своего вознаграждения, а также не возмещенных за счет имущества должника расходов по делу о банкротстве, в том числе на оценку заложенного имущества.

Суды первой, апелляционной и кассационной инстанций удовлетворили требования арбитражного управляющего в полном объеме.

Отменяя судебные акты нижестоящих судов и передавая обособленный спор на новое рассмотрение, Верховный Суд РФ указал следующее.

В соответствии с положениями пункта 6 статьи 138 Закона о банкротстве расходы, связанные с содержанием и продажей заложенного имущества, покрываются конкурсным управляющим за счет выручки от продажи предмета залога до ее распределения по правилам Закона о банкротстве.

Так как оставление предмета залога за собой залоговым кредитором является способом реализации имущества должника, несмотря на отсутствие в законе специальной нормы должны применяться общие правила. Это означает, что при оставлении заложенного имущества за собой залогодержатель обязан дополнительно перечислить в конкурсную массу денежные средства на возмещение расходов по содержанию и реализации заложенного имущества.

Оставшиеся непогашенными за счет имущества должника судебные расходы не могут быть переложены на других конкурсных кредиторов, а также заявителя по делу о банкротстве.

Обозначенная правовая позиция логически вытекает из содержания пункта 6 статьи 138 Закона о банкротстве и последовательно продолжает линию, занятую Верховным Судом РФ еще несколько лет назад.

Указание на то, что оставление предмета залога залоговым кредитором за собой является одной из форм реализации имущества было сделано Верховным Судом РФ впервые в 2016 году применительно к решению вопроса о возникновении права на проценты по вознаграждению управляющего в таком случае (см. определения Верховного Суда РФ от 10 марта 2016 г. № 309-ЭС16-1041, от 21 июня 2017 № 306-ЭС17-782 и др.).

В 2015-2017 годах была сформирована единообразная судебная практика (см., например, определение Верховного Суда РФ от 20 ноября 2017 года № 301-ЭС17-9716 по делу № А79-8466/2015), согласно которой выручка от аренды предмета залога на основании пункта 2 статьи 334 ГК РФ должна распределяться преимущественно в пользу залоговых кредиторов (для договоров залога, заключенных после 01.07.2014 года).

В пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 4 (2017) было отмечено, что не согласуется с целями законодательного регулирования отношений несостоятельности (банкротства) такая ситуация, когда на незалоговых кредиторов, как правило, не получающих удовлетворения за счет продажи предмета залога, возлагаются в том числе эксплуатационные расходы и расходы, связанные с реализацией предмета залога.

Логично, что предоставление залоговому кредитору права на доходы от аренды предмета залога коррелировало его обязанности возмещать эксплуатационные и прочие расходы, связанные с таким имуществом, и отвечало искомому балансу прав и обязанностей залоговых и незалоговых кредиторов.

На протяжении 2017-2018 года в своих определениях высшая судебная инстанция указывала со ссылкой на пункт 6 статьи 138 Закона о банкротстве на правомерность удержания из выручки от реализации предмета залога до ее распределения различных расходов, связанных с обеспечением сохранности, содержанием и реализацией этого имущества (см., например, определения Верховного Суда РФ от 17.12.2018 г. № 301-ЭС15-19729(3) по делу № А11-2031/2014, от от 26.12.2017 № 304-ЭС17-18982 по делу № А67-3857/2015 и др.).

Однако вопрос о распределении таких расходов при оставлении предмета залога за залоговым кредитором оставался открытым. На практике это приводило к тому, что данные расходы либо финансировались арбитражным управляющим за счет средств конкурсной массы либо погашались (возмещались)  как текущие платежи за счет 5% от стоимости предмета залога, то есть фактически и в том и в другом случае за счет денежных средств, которые могли бы быть направлены на расчеты с конкурсными кредиторами или кредиторами по текущим платежам.

Рассматриваемое определение Верховного Суда РФ устраняет данный пробел в законодательстве и вызванный им дисбаланс в отношениях залоговых и прочих кредиторов должника.

Также при таком подходе разумно ограничивается лимит финансовой ответственности заявителей по делам о банкротстве, требования которых зачастую не обеспечиваются каким-либо образом за счет имущества должника.

Кроме того, данная правовая позиция практически гарантирует арбитражному управляющему возмещение понесенных им расходов, так или иначе относящихся к предмету залога: при продаже имущества они возмещаются за счет выручки, при оставлении залоговым кредитором за собой - за счет средств залогового кредитора, а во всех остальных случаях (имущество не реализовано и списано либо передано органам местного самоуправления безвозмездно и т.п.) - представляется, что они могут быть взысканы с залогового кредитора по аналогии со взысканием расходов с заявителя по делу.